Пророчество о Лубянском стрелке

Александр Подрабинек

#ЛубянскийСтрелок #АлександрПодрабинек

18 декабря 2019 года мы встретились с известным журналистом и писателем, бывшим советским диссидентом Александром Подрабинеком. В своём интервью писатель сказал пророческие слова накануне стрельбы на Лубянке, которая произошла всего лишь сутки спустя.

Л.О.: Мы хотели бы узнать подробности, если вы можете поделиться, вашего конфликта на Радио Свобода, из-за чего вы были вынуждены оставить вашу работу в этой компании.

Александр Подрабинек: Конфликт был самого заурядного свойства. Я выпустил программу, в которую включил, фрагмент интервью приморских партизан перед штурмом их штаба. Это было не очень привлекательное интервью. Они говорят всякие гадости, бравируют своей брутальностью, тем, что они могут всех убивать, но контекст заключался в том, что в этой передаче я обращал внимание на то, что революции устраивают не маньяки-одиночки, не злонамеренная заграница, закулиса и даже не общество, а революциям способствуют правительства этих стран. Когда они перестают обращать внимание на общество, когда с обществом теряется обратная связь, тогда люди, самые нетерпеливые, начинают прибегать к насилию, к тем средствам сопротивления, которые в нормальном обществе недопустимы. Я окунулся в историю, я вспомнил Народную Волю, землевольцев, предтечей Народной Воли, общество Земля и Воля, которые занимались просто пропагандой. Они ходили по деревням, раздавали прокламации, а их за это сажали и отправляли на каторгу. Правительство не шло с обществом на контакт. Это переродилось в Народную Волю – террористическую организацию – и убийство императора Александра Второго. И то же самое было дальше. Конец самодержавия обусловлен именно тем, что самодержавие не было способно коммуницировать с обществом. И такая история повторяется в России перманентно. И в настоящее время то же самое. Власть не обращает внимание на общество. Она считает, что это быдло, которым можно управлять как угодно. И тогда самые нетерпеливые берут в руки оружие. Таков был контекст этой передачи. Я привел там этот фрагмент, а оказалось, что этот фрагмент был запрещён Роскомнадзором как экстремистский. Именно это интервью партизан было признано экстремистским, и оно было запрещено. На сайте РКН есть целый список – за тысячу перевалило давно – материалов, которые запрещены.

Л.О.: Вообще к демонстрации в публичном пространстве?

Александр Подрабинек: Да, к обращению в публичном пространстве. Хотя центральное телевидение включало его в свои показы, потому что это хорошая иллюстрация. Это иллюстрация того, что будет с нами, с нашей страной, если власть будет придерживаться своей прежней политики. И мне директор сказала, что это надо вырезать. Почему? Это ложиться прямо в строку. Это не притянуто за уши, не впихнуто с натугой.

Л.О.: Причём вы не единственный, кто об этом говорит.

Александр Подрабинек: Разумеется. Все об этом говорят. И директор говорит: «Но этот материал запрещён РКН или Генеральной прокуратурой – я уже не помню кто первый запретил. Надо убрать, иначе у нас будут неприятности. Одно предостережение есть, сейчас будет второе, и московское бюро закроют…» В общем, цензура. Цензура  — вещь понятная. Люди боятся потерять свою работу, свою организацию. У всех есть чего бояться. Но я полагаю, что журналисты не должны оглядываться на цензуру, не должны её признавать. Если мы признаем цензуру, если мы участвуем в этом процессе, то мы способствуем тому, что она живет. Потому что цензура живет только в том случае, если журналисты её признают. Если они подчиняют цензуре, то цензура существует. Если они не подчиняются, то цензура отмирает. Если все протестуют – такое профессиональное несогласие на высоком уровне – то цензуры не будет.

Л.О.: Не все такие смелые люди, как вы. Многие выбирают в пользу желудка и безопасности.

Александр Подрабинек: Всю жизнь мы выбираем между желудком и свободой.

Сутки спустя, 19 декабря 2019 года Евгений Манюров совершил вооруженное нападение на офис ФСБ на Лубянке, в результате чего погибли трое сотрудников ФСБ и еще трое сотрудников и один гражданский получили ранения разной степени тяжести.